Входите, открыто!

Каждый дом — даже тот, что притулился на окраине крошечного городка, — полон людей, которые тихо увядают в одиночестве. Они живут в приглушённой тишине, где каждый звук отзывается пустотой. Они уверены, что никому не нужны, что мир проскальзывает мимо них, не замечая. И, как это ни парадоксально, именно в такие жизни иногда совершенно внезапно входит необходимость — чья-то, чужая, но отчаянно настоящая.

Скромный, почти незаметный научный сотрудник Филипп впервые в жизни перебирает с алкоголем. Странный для него порыв, необъяснимый и, возможно, судьбоносный. Он засыпает прямо под дверью Полины — той самой Полины с третьего этажа, что всегда ходит стремительно, будто каждый её шаг заранее рассчитан.

Поля, увидев валяющегося в подъезде Филиппа, открывает дверь лишь наполовину, не желая впускать непонятного пьяницу. Но, как это часто бывает, здравый смысл переплетается с сочувствием: она выходит в коридор, зовёт соседей, и небольшая, но решительная команда отправляется на поиски ключа от квартиры бедолаги. Нужно же как-то вернуть этого Филиппа домой, а не оставлять его сиротливо лежать на холодной бетонной плитке.

Только вот вскоре становится ясно: ключа нет. Он исчез вместе с портфелем, который ловко стащил неизвестный прохожий. И вот тут история делает резкий, почти детективный разворот — вор, оказывается, не помнит ни собственного имени, ни цели, ради которой оказался в этом городе. Будто тень, заблудившаяся среди людей.

И в этой странной, слегка абсурдной ситуации — между потерянным ключом, спящим Филиппом и забывчивым вором — вдруг оживает мысль: может быть, никто из них не так уж одинок, как думал.